ИЛИМ-ПАЛП_2017_2
F5

Алексей Кувакин: «Глобальные упрёки мэрам и губернатору уже несправедливы»


Записала Наталья ЗАОСТРОВСКАЯ | 20.12.2013 02:16:54

В начале следующего года в Северодвинске пройдет XIV городская конференция предпринимателей. Обычно она проходит раз в год, но в 2013-м из-за низкой активности бизнес-сообщества ее отменили. А ведь когда-то именно здесь случались самые настоящие бои отнюдь не местного значения. Корр. «БК» встретился с членом Совета по предпринимательству при мэре Северодвинска, бизнесменом и общественником Алексеем КУВАКИНЫМ. Как сегодня взаимодействуют в городе корабелов бизнес и власть? Насколько им это вообще интересно?

- Алексей, такой формат взаимодействия бизнеса и власти, как конференция, эффективен?

- Мы уже обсуждаем с коллегами будущую конференцию, и сходимся во мнении, что бизнесу нашего города, да и области, страны в целом – если мы говорим о перспективах развития - уже нет смысла предъявлять глобальные претензии мэрам и губернаторам. На региональном, а тем более местном уровне сделать сегодня, увы, ничего невозможно - вертикаль выстроена.

Чтобы отрасль вздохнула и начала нормально работать, чтобы туда пошли люди, нужны шаги на федеральном уровне. Но если центр сам не «шагает», нужно, чтобы к нему «шагнули» региональные власти с нашими законодательными инициативами. Я, заметьте, говорю о принципиальных моментах, а не о том, кто какой участок или подряд получит и, соответственно, выживет или не выживет.

- Если заглянуть чуть вперед – какие принципиальные вопросы, по мнению  бизнеса, региональные власти должны поставить перед федеральными?

- Не могу сказать, что их море, хотя, разумеется, гораздо больше, чем назову. Основные – кадровый кризис, проверки и санкции со стороны госструктур, нелегальный бизнес и, как ни странно, обратная связь с теми, от кого зависит решение проблем бизнес-сообщества.
Если выразить это в декларативной форме: российское предпринимательство катастрофически стареет, применяемые к нему санкции за те или иные нарушения неадекватны, заниматься «серым» предпринимательством до сих пор выгодно, но федеральные власти, заявляя обратное, то ли не хотят, то ли не слышат голоса с мест.

- На днях знакомый чиновник облсобрания пожаловался, что получает, как средний учитель. Не знаю, кого он представляет «средним учителем», но понятно, что ощущается дисбаланс в оплате труда. Так есть перегибы?

- Перегиб не в том, что работники бюджетной сферы перестали бедствовать. Наконец-то! А в том, что бизнес не может позволить себе платить столько же. И тут удобно показать пальцем на предпринимателя: он хозяин, он и виноват. Поэтому молодежь в предпринимательство не идет – тут работать нужно. А зачем? Если можно прийти в госучреждение, где тоже кризис кадров, зато все за тебя придумано плюс зарплата выше, льготы шире и в пять часов можно встать со стула и спокойно пойти домой. А ведь деньги, на которые государство содержит собственные структуры, оно их не зарабатывает, а получает и перераспределяет.

- Вот вы опять же пеняете на проверки. Но, помнится, президент несколько лет назад инициировал отмену практики повального контроля за малым бизнесом. Не надо «кошмарить» бизнес! Неужели получилось как всегда?

- Это одна из причин, почему мы не в состояние платить конкурентную зарплату. Да, количество плановых проверок уменьшилось до одной в три года. Но вот ведь какая арифметика: если учесть явно выросшее число контролирующих структур, все равно выходит от четырёх плановых проверок за три года. Да и внеплановые (по заявлениям граждан) никто не отменял. Но дело даже не в этом. А в том, что механизм сделал свой оборот и на поверхность вышли новые «кошмары».

Государство ввело уведомительную систему открытия бизнеса. Сообщили вы госорганам, что отныне намерены пахать на ниве предпринимательства, и - ура! В бизнес поначалу действительно хлынули новички. Они делали ошибки, и «бизнесы» практически сразу же сворачивались при помощи штрафных санкций.

Все дело в том, что с отменой хаотичных проверок суммы штрафов значительно возросли. Сегодня санкция на 50 тысяч рублей считается большой удачей. Можно получить сто, двести, пятьсот тысяч. Но ведь наказание за нарушение должно быть адекватно самому нарушению. А когда предприятие штрафуют на 30 тысяч рублей за то, что в уголке потребителя не указан юридический адрес – по-вашему, это адекватно?

- Выходит, Алексей, с «кошмарами» все нормально. Что вы предлагаете?

- При желании любая проверка может если не разорить, то поставить предприятие малого бизнеса на грань выживания. А наметившийся дефицит бюджетов спровоцировал повальные проверки, дела по коррупционным схемам, отзывы лицензий у банков-«прачечных». Товарищ, который посылал в одно место всех, у кого нет миллиарда, - где он сейчас? Не удивлюсь, если полицейские методы наполнения бюджета коснутся и малого бизнеса.

Я не против проверок. Главное, чтобы к этому прилагалась разумность действий. Нарушил – получи сначала предупреждение. Не исправил – тогда и штраф. Чтобы эти проверки не были фактором устрашения предпринимателей и способом собрать денег в бюджет.

- Вот вы уповаете, что губернская власть должна поставить ребром вопросы малого бизнеса перед центром. Она станет это делать?

- Не знаю, но думаю, это в ее интересах. В октябре губернатор Архангельской области Игорь Орлов собирал руководителей и общественников, рассказывал о бюджетных трудностях и непопулярных мерах, в очередной раз попеняв малому бизнесу на скромную бюджетную лепту - всего 2,5 млрд в год, около 9% от всех налоговых поступлений в бюджет, почти 12% в структуре ВРП (для сравнения: доля целлюлозно-бумажной промышленности — 8,4%, судостроение — 4,8%, сельское хозяйство — 4,4% - из прогноза министерства экономического развития Архангельской области на 2014-2016 гг. - Прим. ред.).

Повторюсь: принципиальные решения для развития предпринимательства могут принять федералы. Но и у себя мы кое-что можем, помогите только. Малый бизнес - это в основном торговля и сфера услуг. В структуре управления Архангельской областью есть соответствующее министерство сельского хозяйства, а в нем - небольшой отдел по торговле. А вот министерства торговли, при том, что торговля везде, - нет. Но если это скорее эмоция, то загубленная патентная система и огромное количество теневиков на территории региона – факт.

О последнем говорю давным-давно: до 80% так называемых предпринимателей в сфере услуг работают без официальной регистрации, то есть не платят вообще никаких налогов. Они есть, но их как бы нет. Ну а раз так, то у органов правопорядка нет повода ими интересоваться. А ведь в бюджет региона могло бы поступать не 2,5 миллиарда рублей, а все 5 миллиардов.

Что касается патентной системы налогообложения, то северодвинский депутат облсобрания Виктор КАЗАРИНОВ просто кричал о необходимости установить адекватные ставки по патентам. Но областное правительство утвердило их завышенными по некоторым позициям раз в десять. Результат - с начала 2013 года предприниматели начали сдавать патенты. Перестали ли они осуществлять свою деятельность? Один мой знакомый просто купил патент в Коми, платит налоги туда, а работает здесь.

- Люди, далекие от обсуждаемых нами вопросов, вовсе не понимают, чего хочет от власти предпринимательская среда. Понятно, что было бы здорово, если бы налоги и патенты совсем упразднили. Я права?

- Нет, поскольку это утопия. К тому же я считаю, что современная российская налоговая система неплохо устроена. Я бы даже сказал, что она хороша. А власть просто должна быть предсказуема и логична. Не нужно резких движений, зачастую это приводит к катастрофам, а ведь на руководителях коммерческих предприятий лежит ответственность не только за себя и собственную семью, но и за массу других людей.

Меня, как владельца бизнеса, начинает волновать вопрос, который опять же адресуется федеральным структурам: что будет после 2018 года, когда правительство отменит единый налог на вмененный доход? По крайней мере, это было обещано. Мы посчитали, что при нынешних ставках альтернативного налогообложения налоги нашего предприятия возрастут в восемь раз. А система патентного налогообложения сводится к минимуму, по сути, она будет предназначена лишь для самого мелкого, семейного бизнеса.

- Алексей, существует ли, на ваш взгляд, идеальная схема взаимоотношений бизнеса и власти? И верите ли вы в то, что личное внимание первых лиц может изменить картину отношения к предпринимательству?

- Тогда начну, пожалуй, с примера. В прошлом году мое предприятие столкнулось с необходимостью разобрать металлоконструкции летнего кафе. Их установка и разбор – удовольствие не из дешевых, стоимость цикла около 100 тысяч рублей. Мы с коллегами подумали: а что если не разбирать павильон, а устроить здесь, в центре города, детский городок с горками, играми, новогодней ярмаркой? Оформление и праздничная подсветка - за наш счет. В управлении культуры озвучили собственное эстетическое видение проекта: «Купите то, купите это, заплатите за это…» И мы решили, что в несколько раз дешевле этот городок разобрать. А весной мне позвонили из управления культуры с вопросом, не хочет ли предприятие дать денег на празднование юбилея Северодвинска. Я ответил, что мы бы очень хотели, но средства ушли на разборку металлического павильона.

Кто выиграл? Предприниматель? Бюджет? Дети, которые живут поблизости и могли бы бегать в этом зимнем городке? Нет, выиграл чиновник, который прижал к ногтю проклятого «капиталиста». Ибо чиновник, да простят меня добросовестные представители власти, не заинтересован ни в наполнении бюджета, ни в инициативах снизу, ни в радостных мгновениях каких-то там детей. У него интерес поважнее: чтобы вышестоящее начальство не посмотрело в его сторону косо, с подозрением. Поэтому личное внимание первых лиц – хоть какая-то гарантия того, что остальные чиновники последуют примеру, что диалог возможен. Если есть адекватное взаимодействие, то и бизнес готов помогать, готов тратить деньги на социальные проекты.

На мой взгляд, пока губернатору не очень интересны проблемы малого предпринимательства. Наверное, присутствует здесь некая закономерность. Руководители на первом сроке активно от этого отмахиваются, ко второму начинают прислушиваться, потом слышат.

Сегодня власти все еще кивают на дверь уполномоченного по правам бизнеса. Но здесь не принимаются законодательные решения. И если в Архангельске, Северодвинске, Новодвинске и Коряжме на предпринимателей «чихают» из-за наличия крупных производственных предприятий, то оставшаяся часть Поморья держится на малом бизнесе. Взять хотя бы Устьянский кластер. Я очень рад, а где-то даже завидую тому, как общаются и взаимодействуют власти и предприниматели Устьян.

- Очевидно, что лейтмотивом предстоящей конференции станет просьба предпринимательского сообщества к региональным властям донести позицию по некоторым вопросам наверх. Рассчитываете, что услышат?

- Результат работы любой конференции – резолюция по основным вопросам. Здесь сжато излагаются проблемы и предложения, как их решить. Поскольку эти резолюции отовсюду идут в столичные министерства, у органов федеральной власти появляется шикарная возможность мониторить ситуацию на местах. Но я, если честно, сомневаюсь в том, что их кто-нибудь читает. Вот и один министр, приезжавший сюда накануне последних думских выборов, мне это практически подтвердил.





Возврат к списку

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 

Новости компаний

© 2003-2019 Бизнес-класс Архангельск. Все права защищены. Разработка: digital-агентство F5