Три проекта, три точки на карте Архангельской области, где история словно пробуждается от долгого сна и раскрывается в новых, неожиданных формах. За эту непростую задачу взялись АНО «Победа» и мемориальная группа «Штык решает». Мы поговорили с одним из вдохновителей и руководителей этих начинаний Игорем СЛОБОДЯНЮКОМ о сути проектов, о том, как их удаётся реализовать и важности сохранения памяти о минувших событиях.

Наша встреча прошла в воссозданном кабинете легендарного исследователя Арктики, контр-адмирала, дважды Героя Советского Союза Ивана Дмитриевича Папанина. Он находится на своём историческом месте – в здании правительства региона. У каждой вещи в этом кабинете – своя история. Все они – свидетели эпохи 30–40‑х годов прошлого века.

«Отправил лейтенанта с гвоздодёром»

– Игорь Юрьевич, как вам удалось собрать столько уникальных предметов?

– Все вещи добывались с трудом! Например, паркет удалось достать чудом – он бы просто ушёл на свалку на следующий день. Нашли его через «Авито» в Санкт-Петербурге, а мы в это время в Архангельске готовили кабинет к открытию. Как «генерал», я должен был находиться на месте, поэтому отправил «лейтенанта» с гвоздодёром. Обаятельный парень! Сказал ему: делай всё что угодно, можешь даже флиртовать с хозяйкой, но добудь паркет. И он всё сделал. Без сложностей, конечно, не обошлось, но в итоге паркет привезли: получилось полторы тонны груза. Несмотря на то, что отдавали бесплатно, паркет получился безумно дорогой: несколько реставрационных мастерских доводили его до ума. Каждую дощечку прогнали через 5–6 операций.

– Остальные вещи тоже привезены из Санкт-Петербурга?

– Когда я только начал заниматься кабинетом, думал, что всё необходимое куплю в Ленинграде. Однако многие вещи «ушли» во время блокады: люди сжигали мебель, полы, и до настоящего времени сохранилось немногое. Но кое‑что удалось добыть. Например, несгораемый шкаф 1928 года весом 400 килограммов. Обратите внимание: пол под ним прогнулся, хотя прежде чем занести его в кабинет, мы облегчили шкаф килограммов на 150. Также из Петербурга привезён книжный шкаф, очень правильный – не обманула меня хозяйка. Остальные вещи доставлены из разных городов.

Когда занимались кабинетом, по стране ползли слухи, что какой‑то человек, выдающий себя за биографа Ивана Дмитриевича Папанина, скупает аутентичные вещи: «Безбожно сбивает цены, но в портфеле у него наличные деньги и расплачивается сразу». На создание кабинета ушло несколько миллионов рублей, причём ни один бюджетный рубль не пострадал.

– Но всё же проект удалось реализовать при поддержке правительства региона…

– Безусловно. Нас очень поддержал губернатор Архангельской области Александр Цыбульский. Я рассказал ему о своей идее: к юбилею приезда Ивана Дмитриевича Папанина в Архангельск (а это было 17 октября 1941 года) воссоздать его кабинет на историческом месте. Кстати, в тот же год отмечали юбилей «Дервиша». Однако прежде чем взяться за дело, нужно было переселить специалистов министерства имущества, которые на тот момент занимали это помещение. И когда они его освободили, у нас оставалось всего 45 дней на то, чтобы привести кабинет в чувство – передать дух 1941 года, старинного губернаторского дома. Но была команда – удивительные люди!

Книга об Арктическом Гагарине

– А в чём был ваш собственный интерес?

– На самом деле интерес был шкурный! Я ведь владелец издательства. С Лёшей Сухановским мы написали и издали около 100 книг для крупных организаций и компаний, под заказ – не для массового распространения. И в этом ключе мы долгое время сотрудничали с Росгидрометом. Они заказали книгу к 125‑летию Папанина о его арктическом подвиге. Я всегда Ивана Дмитриевича называю Арктическим Гагариным, потому что его высадили на льдине и было непонятно, доберётся ли он куда‑нибудь.

Книгу мы сделали, и она получилась замечательной, но издать её сразу не удалось – так и «болталась» несколько лет. Но в итоге всё же вышла в свет благодаря «Северному проекту». Вообще, многие думают, что Игорь – крутой, и у него есть волшебная палочка. И она действительно, видимо, есть, но это дух и воля. А ещё моя «волшебная палочка» –неравнодушные люди, которые меня окружают и готовы помочь.

Здесь решалась судьба страны

– А с чего началось создание мемориала на Юрьевском рубеже?

– Прежде всего, с моей дружбы с Лёшей Сухановским: он гениальный поисковик и этим живёт. Когда‑то он вместе с другими поисковиками обнаружил это место и долгое время им занимался. Но чтобы создать мемориал, нужны ресурсы и тот, кто возьмёт на себя организацию, – вот здесь мы и сошлись. Поначалу было непросто: без станции рядом все материалы приходилось тащить на себе два километра по лесу!

Вопрос с транспортом надо было как‑то решать, и величайшим успехом стало то, что на Юрьевский рубеж удалось пригласить Валерия Танаева, который на тот момент был начальником Северной железной дороги. Сейчас это главный инженер РЖД. Когда он посетил это место, здесь почти ничего не было – только часовня с кладбищем да наша избушка. Мы рассказали ему историю Юрьевского рубежа, поделились своими планами. Танаев посмотрел на меня и прямо спросил: «Что вам нужно прямо сейчас?» Я назвал две вещи. Во-первых, попросил, чтобы паровозы, проезжая мимо, гудели в знак памяти. Ведь Юрьевский рубеж по значимости как Курская дуга, Мамаев курган и другие подобные места! Именно здесь решалась судьба страны. Героическая защита Юрьевского рубежа бойцами Красной Армии спасла от врагов Москву и Петроград. Пожалуй, тогда мы впервые сформулировали значимость этого места.

И вторая просьба – открыть железнодорожную станцию. Через два года она появилась, и в этом наша особая гордость. Ведь ни у одного другого мемориала в стране нет собственной станции. С её появлением это место начало активно развиваться, сюда стали приезжать школьники, студенты, туристы. Не менее важна и поддержка нашего губернатора. Когда подводили итоги реализации гранта «Свет и звук Юрьевского рубежа», Лёша Сухановский в одном из роликов сказал: «Я чувствую поддержку не чиновника, а человека». И это действительно так.

Честно говоря, хотелось бы, чтобы работы на Юрьевском рубеже шли быстрее, чтобы он наконец стал полноценным мемориалом – таким, каким мы его задумали. Сейчас строим в час по чайной ложке. Но вода камень точит. Благодаря поддержке проекта и тому, что о нас узнают всё больше людей, верим – скоро про Юрьевский рубеж будет знать вся Россия. И мы на верном пути: наш мемориал засветился в «Непутёвых заметках» на «Первом» и на других федеральных каналах. Его видят, о нём говорят, и это только начало.

– Какие работы сделаны на Юрьевском рубеже за последние годы?

– Мы провели свет. Представляете, раньше Лёша жил там при лучине! Но благодаря Северной железной дороге появилась точка подключения. Ещё мы добавили звука Юрьевскому рубежу – у нас сегодня даже танк «грохочет». Поставили колонки, и экскурсовода теперь отлично слышно. Построили визит-центр, сделали мостовой переход имени Павлина Виноградова. Будет и второй – имени нашего воина и помощника Романа Лобанова, чьими руками построена большая часть объектов на Мудьюге и Юрьевском рубеже. Нам очень помогают ребята из «Ратника» – они наше крыло.

Также на Юрьевском рубеже проложили дорожки, зажгли большую звезду, и теперь его видно даже в тёмное время суток. Поставили броневагон – такого нет больше нигде! А дальше будем создавать более комфортные условия для приёма гостей.

В планах – паровоз. Хотим установить его у станции в сторону Архангельска, напротив Юрьевского рубежа. Там сейчас пустовато, а пассажирам перед поездом нужно чем‑то заняться. Хочу поставить паровоз с вагончиком и устроить внутри него вокзал и мини-музей. Ещё одна задумка – на подъезде со стороны Архангельска поставить подбитый танк, ползущий на Москву, причём пушкой вниз. Очень мощный образ получится!

Умиравший мемориал

– Ещё один важный проект вашей команды – восстановление мемориального комплекса на острове Мудьюг, где в годы Гражданской войны и интервенции существовал концентрационный лагерь. Что привлекло ваше внимание к этому месту?

– Году так в 2020‑м наш друг Саша Белецкий предложил съездить на Мудьюг. Он хотел показать, в каком состоянии находится мемориал. И то, что мы там увидели, нас шокировало. Когда‑то там работал музей, мемориальный комплекс ежегодно посещали 20 тысяч человек, а остались лишь полуразрушенная вышка и поваленные столбы с колючей проволокой по периметру бывшего концлагеря. А что стало с могилами! Жуть!

Первым делом мы взялись за благоустройство могил. Для этого я нанял судно, собрал команду из 15 человек и закупил необходимые материалы. Мы расчистили могилы от упавших деревьев и привели их в достойный вид. Все расходы на этом этапе были из собственного кошелька. Позже к нашей инициативе подключились предприниматели, которые помогли продолжить работы. Особо хочется отметить Константина Кузнецова: он оказал существенную поддержку, в том числе помог с доставкой стройматериалов на Мудьюг. А это была одна из самых сложных задач проекта. Такие люди – настоящая опора, та самая «волшебная палочка», которая даёт нам возможность двигаться дальше.

Ещё есть гранты. Мы создали некоммерческую организацию и начали активно участвовать в конкурсах. Понятно, что деньги там небольшие – на все задумки не хватает. Но вот что важно: каждый выигранный конкурс – это поддержка нашего проекта, сигнал, что мы на правильном пути.

– Как преобразилось это место?

– Мы восстановили большую часть периметра ограждения бывшего концлагеря, воссоздали четыре сторожевые вышки. При расчёте их высоты ориентировались на фотографии, в том числе те, которые были сделаны немецкими военными летом 1942 года. Тогда немцы ошибочно приняли обелиск за маяк, который планировали уничтожить: он был обозначен у них как «цель номер один».

Кроме того, мы проложили почти километр мостков, поставили информационные стенды и построили входную группу «Непокорённые» – подобной не было на острове даже в лучшие годы работы музея! И когда люди подходят к ней, они сразу замолкают – настолько сильное впечатление она производит. На Мудьюге установлены деревянные фигуры, созданные специально для этого места. Одна из них изображает узников, тянущих гроб. Конечно, это не реальный исторический факт – в гробах тогда не хоронили. Однако этот символ помогает глубже прочувствовать трагедию места, донести до посетителей его тяжёлую историю и сохранить память о произошедшем. Историю нельзя забывать.

Что касается всех этих проектов – и кабинета Папанина, и мемориального комплекса на Мудьюге, и Юрьевского рубежа – моё мнение такое: если взялся, нужно довести дело до конца и с полной отдачей. Чтобы результат был не просто хороший, а лучший. Чтобы мы могли по праву им гордиться. Последние годы наша команда живёт этими проектами, ушли в них с головой. Это Таня и Дима Трудовы, Катя Рогозина, Таня Артюгина, Игорь Палкин, Лена и Серёжа Ганьковы, Миша Заборский и многие-многие другие – всех не перечислить! Таких увлечённых людей немало, их просто нужно объединить. Без лишней болтовни и пафосных речей. Главное – вовлечь в реальное дело: пусть каждый внесёт хоть маленький вклад. А вместе получится сделать что‑то большое.