Вступительная сцена спектакля выдала нам нового героя — учителя на замену Александра Спиридоновича Тряпкина (Родион Пономарёв). Урок начался с затяжных припоминаний принципов классицизма — и это было пресновато. Возможно, то был намёк на школьные уроки вообще, на то, что из учеников (и зрителей тоже) знания ещё нужно уметь «вытащить», но Филипп Шкаев после показа заметил, что часть сцен можно сократить минут на десять. 

Пьеса, перенесённая в современность, верность классицистическому канону всё же сохранила. Но герои — не могли не обновиться: Простакова (Марина Земцовская) — председатель родительского комитета, Скотинин (Александр Берестень) — владелец завода по производству «свино-мясной» продукции, Митрофан (Илья Глущенко) — ничего не знающий круглый отличник, Мирон (Вячеслав Кривоногов) — солдат космических войск. Стародум по мановению режиссёра превратился в Стародумена (Анастасия Хуртай) — спасителя мира от коррупции, борца с людскими пороками, нажившего сто миллионов дохода на продаже антикоррупционного спрея «Взятки гладки». Только Софья (Виктория Федосеева) — всё та же (но это неточно), да Правдин исчез, потому как, по словам режиссёра, это не человек, а функция.

Герои хоть и обновились, но проблемы — всё те же, что и 244 года назад. Простакова и Скотинин, не желающие иметь хлопот с холопами, пытаются подкупить учителя коробкой конфет, наполненной пятитысячными купюрами, грозят ему цехом убоя и переработки. Митрофан пропадает в виртуальной реальности настолько, что на сцене появляется только в самом начале и финале спектакля. У Софьи — глаза горят от упавшего на её голову наследства. Стародумен в маске и плаще — будто бы и супермен, но будто бы и отживающий своё шутовый персонаж. 

.

По мнению одной из учениц, присутствовавшей на спектакле, фамилия Стародум — «неприкольная». И ещё до начала обсуждения представители школы, сидящие рядом со мной, высказали мнение, что пьеса Фонвизина — скучна, нединамична. Филипп Шкаев признался, что в школе не понимал всех смыслов, заложенных автором в комедию. И, конечно, радостно, что такой весёлый эксперимент даст возможность современным школьникам включиться в обдумывание и обсуждение произведения. Правда, после показа ученики высказывались не особенно охотно.

Интересно, что какие-никакие положительные герои являются на сцену в защитном обмундировании — в маске и плаще (Стародумен) и скафандре (Мирон). Возникает ощущение, что они не только защищают людей, но и защищаются от них же. Именно эти герои-защитники могут умереть от аллергии (Стародумен) или обязаны принимать участие в космических войнах (Мирон). В финале спектакля будто бы проклёвывается надежда на то, что главный недоросль всея Руси — Митрофан — пополнит стан защитников. Но что, если все действующие лица — находятся в игре? Что если всех их уже поглотила виртуальная реальность? Эта мысль делает для меня понятной линию Митрофана — «отсутствующего персонажа». Если так, то именно он, этот недоросль, управляет происходящим, вторгаясь в реальность и придумывая правила игры прямо на ходу — в своём телефоне… 

В новом «Недоросле» «поэзия мысли» Фёдора Ивановича Тютчева («Как после вековой разлуки, / Гляжу на вас, как бы во сне, / И вот — слышнее стали звуки, / Не умолкавшие во мне…») в устах Мирона выглядит посланием режиссёра к Денису Ивановичу Фонвизину. В спектакле пару раз звучит мысль о том, что человек умрёт, а идея — будет жить. Спустя два с половиной века комедия Фонвизина живее многих — и не собирается самоуничтожаться. И в этом его, автора, и её, комедии, сверхспособность.