ИЛИМ-ПАЛП_2017_2
F5

Скандинавский «огород» для России подойдёт: Архангельская область подключается к реализации новой модели лесопользования


Елена МАЛЫШЕВА | 08.04.2016 22:00:27
Скандинавский «огород» для России подойдёт: Архангельская область подключается к реализации новой модели лесопользования

В Архангельске, вслед за Карелией и Республикой Коми, в конце марта состоялось расширенное заседание рабочей группы по обсуждению Концепции интенсивного использования и воспроизводства лесов. Для совсем непосвященного читателя – цепочка (логика) предшествующих событий.


Ресурс – лес или возможность его вырастить?

Примерно век промышленной заготовки леса в России истощил его запасы настолько, что, как говорят сами лесопромышленники, «наступил край». Экологи подтвердили: «Отсюда – изменения климата». Ученые развели руками: «Мы предупреждали 50 лет назад».

Расчетная лесосека практически исчерпана. Последние годы объем лесопользования поддерживался за счет вырубки все новых и новых массивов первичных лесов. У предприятий возник острый дефицит сырья: у средних и мелких компаний – при заготовке высококачественных сортиментов (пиловочника и фанкряжа); крупные, в первую очередь ЦБК, достигли границы экономически оправданного радиуса доставки балансов.

То же самое Швеция «проходила» еще в начале прошлого века. Тогда там признали, что леса заканчиваются и можно быстро остаться без важного для страны ресурса. В их лес-ном кодексе сделан упор на лесовосстановлении и уходе за лесом, что позволило создавать лесные культуры с нужными товарными свойствами.

hermansson.jpgРуководитель Новоенисейского ЛХК (ранее гендиректор шведской компании RusForest AB) Мартин ХЕРМАНССОН в 2012-м рассказывал «Лесным вестям»: «Лес для шведа – свой небольшой огород, где растет будущий урожай, гарантирующий, что зимой не наступят тяжелые времена. Лес – это ресурс, который, если приложить немного усилий, даст вполне понятный и просчитываемый результат».

При этом под ресурсом Швеция понимает возможность выращивать леса, а не существующие запасы. И сегодня в этой небольшой скандинавской стране экспорт от ЛПК в де-нежном эквиваленте в три раза больше, чем в России. Благодаря чему? В том числе – иному отношению к выборочным рубкам. В России это – возможность снять сливки с самых зрелых участков лесосеки и уйти. В Швеции же выборочные рубки – это сначала уход за молодняком (уборка нежелательных растений без получения прибыли), а через 15-20 лет – следующий уход, при котором лесозаготовитель получает ликвидную древесину, а оставленные на выращивание деревья – условия для быстрого роста. Ценные здоровые деревья дадут потом дополнительный объем древесины: он может быть в пять раз больше, чем, к примеру, могут дать сосны, растущие в естественных условиях.

От идеи до пилотного проекта

Вопрос о необходимости серьезных перемен в лесной отрасли многократно поднимали крупные лесопромышленные компании, в частности Группа «Илим».
 
Потребовались годы, чтобы власть и отрасль попытались найти компромисс и состыковать интересы государства и бизнеса. Опыт Швеции и Финляндии, конечно, помог.

Модель интенсивного лесопользования (это правила заготовки древесины, правила лесовосстановления и правила ухода за лесами) разработал Санкт-Петербургский НИИ лесного хозяйства по заказу Рослесхоза в соответствии с дорожной картой, согласованной министром природных ресурсов и экологии. Концепция должна была ответить на вопрос – как повысить эффективность лесного цикла, то есть увеличить съем древесины с гектара площади. Теоретические изыскания ученых должны подкрепить практики.

И Архангельская область стала одной из девяти, подписавших соглашение о реализации пилотных проектов по реализации концепции. Для этого были определены пять таежных лесных районов. Территории наших Верхнетоемского, Вилегодского, Каргопольского, Коношского, Котласского, Красноборского, Ленского, Няндомского, Устьянского и Шенкурского районов, три района Кировской области, а также часть территории Республики Коми вошли в состав Двинско-Вычегодского лесного района. Каждый реализует свой проект. Результаты лягут в основу системной работы по интенсификации лесного хозяйства на федеральном уровне и помогут обосновать изменения в отраслевое законодательство. Будут разработаны соответствующие нормативные правовые акты, включая нормативы заготовок и лесовосстановления.

Контроль: важен результат, а не процесс

Об этом и рассказывал на совещании начальник научно-исследовательского отдела лесопользования и лесоустройства ФБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт лесного хозяйства» (СПбНИИЛХ) Борис РОМАНЮК. Его пример с картошкой более чем понятен: посадил, ухаживаешь, растет – собираешь хороший урожай. Не ухаживаешь: в лучшем случае ведро посадил – ведро снял. С большими «грядками» и «плодами» – то же самое. Нужно только отрегулировать отношения между властью, бизнесом и …лесом. На-пример, в новой модели предполагается контролировать результат, а не процесс лесовосстановления, что принципиально меняет подход к восстановлению леса и уходу за ним.


Еще один пример Бориса Романюка: за лето, когда проводились полевые работы, ученые проехали по Коми и Архангельской области 8,5 тысячи километров и не смогли найти ельников среднего возраста. Вообще. Речь шла хотя бы о размерах пробной площади в 0,3 гектара.

«То есть система, которая предполагает сохранение ельников за счет рубки с сохранением подроста, не работает: это подтвердили наблюдения. Картина с лесовосстановлением оказалась еще хуже, чем мы себе представляли. Лесовосстановление проводится, а результат – зарастание лиственными породами. Единственное, что хорошо работает, – сама природа», – подчеркивает Борис Романюк.

В Архангельске нюансы отношений между нами и природой обсуждали представители Министерства природных ресурсов, департамента лесного хозяйства Северо-Западного федерального округа, лесничеств, Единого лесопожарного центра, Управления лесного хозяйства Республики Коми, ОАО «Группа «Илим», Монди СЛПК, САФУ. Широкий круг участников обсуждения был обусловлен тем, что государству и бизнесу для реализации новой модели лесных отношений придется ориентироваться на достижение долгосрочных экономических, экологических и социальных эффектов. И, как сказал заместитель начальника управления лесного хозяйства – начальник отдела охраны, защиты и воспроизводства лесов Дмитрий ЗАСУХИН, «поскольку в ближайшем будущем нам по этим документам работать, сегодня нужно понять: «да, мы согласны» или «нет, документы не доработаны».

ПРЯМАЯ РЕЧЬ


nekoz_ilim.jpgАлександр НЕКОЗ, директор по лесному хозяйству лесного филиала ОАО «Группа «Илим»:

– Задачами совещания было познакомить органы власти и лесозаготовителей с изменениями в законодательстве. В этом году мы планируем начать работы по модели интенсивного лесопользования, и для этого нужно, чтобы у всех заинтересованных сторон было общее понимание того, что это такое и как с ним работать. Также для возможности начать работы по интенсивной модели потребовалось внесение изменений в лесохозяйственные регламенты лесничеств. Эти и не только эти вопросы были успешно решены на совещании.

varveyko_ilim.jpgИлья ВЕРВЕЙКО, руководитель направления по лесной политике ОАО «Группа «Илим»:

– Одно из наших нереализованных предложений – возможность перехода на другой принцип установления арендной платы: не за кубометр расчетной лесосеки, а за гектар арендованной площади. Со ставками за кубометр получается парадоксальная ситуация: качественно ухаживаешь за лесом, увеличиваешь долю хвойных пород, долю крупной древесины – арендная плата увеличивается. А одна осина у тебя осталась – платишь меньше. Дабы это исправить, мы предлагаем перейти на арендную плату за гектар, чтобы система мотивировала арендатора на качественное ведение лесного хозяйства.

ЦИТАТЫ


Презентация новой модели лесопользования предусматривала и дискуссию. Вот некоторые высказывания:

  • Арендатор – это временщик, который приходит нещадно эксплуатировать природ-ные ресурсы, чтобы получить максимальную прибыль и сбежать при первом удобном случае. Так что если будет огород, он должен быть частным.
  • В Швеции и Финляндии есть частная и государственная собственность на леса. И эффективность примерно одинакова. То есть вопрос не в форме собственности, а в том, как этот процесс организован.
  • Сейчас на территории страны уже много вторичных лесов. Будет ли модель учитывать историю их возникновения?
  • Во всех документах читаются интересы арендатора, а интересы государства как собственника земельного участка отсутствуют. Прописаны только обязательства.
  • Кто будет обучать вальщиков самостоятельно понимать, с каким деревом работать, а какое оставлять?
  • Документ пролоббирован компанией-утилизатором, которая может работать на том, что не нужно лесопилению.
  • В правилах написано: за три года лес не восстановил – гильотина. Но ведь бывает, что через пять лет там само все зарастает. Нужно максимально использовать производительные силы природы.
  • Люди не понимают и боятся частной собственности на лес, думают, что новые владельцы закроют доступ туда грибникам, ягодникам, охотникам.
  • Сейчас рубится то, что само выросло. Только поэтому себестоимость позволяет работать на экспорт.
  • Всю жизнь считали не деньги – кубатуру. А сейчас все связано с экономикой. Это сложно для восприятия…





Возврат к списку

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 

Лента событий

Новости компаний

© 2003-2017 Бизнес-класс Архангельск. Все права защищены. Разработка: digital-агентство F5